Алекс [СИ] - Казакевич Максим

И в этот момент, едва только брошенное оружие бряцнуло об пол, Гихилиан зашевелился. Раздался долгий, протяжный стон, потом невнятное мычание и глухое бормотание. Экс-губернатор перевернулся на спину и попытался сесть. Получилось это у него с третьей попытки. Сев, он еще долго не мог сфокусировать взгляд хоть на чем либо. Он опять застонал, когда попытался что-то сказать и не смог. Вся правая сторона его лица была опухшей, а над зубами верхней челюсти было видно глубокое рассечение, из которого сочилась кровь. Ее уже много вытекло. На полу где в бессознательном состоянии лежал Гихилиан, была большая лужа крови. Он осторожно потрогал свою разбитую челюсть, снова застонал и зашипел от нестерпимой боли. Потом медленно, кряхтя как старик, наклонился в сторону и, раскрыв рот, языком вытолкал осколки выбитых зубов.

— Так тебе, гаду, и надо, — проговорил Валонсио с мерзким отвращением глядя на этой действо. Бить своего бывшего босса у него пропало всякое желание. — Скажи спасибо, что не пристрелили.

Гихилиан услышал его. Повернул голову на голос и напряженно всмотрелся в полумрак.

— А-а, й-а тейа нэнаиу, — просипел он, и столько в этом сипе было ненависти, что казалось, не будь он сейчас в таком плачевном состоянии, то бросился бы на своего секретаря с голыми руками и разорвал бы того пополам.

— Я тебя тоже ненавижу, — в том ему ответил Валонсио.

Гихилиан еще раз взглянул на своего недруга и зашарил правой рукой у себя по куртке. Рука заглянула в правый карман, затем в левый, потом скользнула внутрь и что-то там нашла. Потянула наружу. Сумрак помешал сразу же рассмотреть, что же такое достал губернатор. Но когда его левая рука что-то резко выдернула из предмета, а правая потом описала короткую и пологую дугу, выпуская предмет в полет, все до единого услышали громкий щелчок сработавшего взрывателя гранаты и звон отскочившей скобы.

— …мать!.. — только и успел выкрикнуть Валонсио, зачарованно следя за прыгающей по полу гранатой, когда чья-то неведомая сила подхватила его за шиворот, подняла и кинула вниз по лестнице. Он еще пересчитывал своей головой последние ступени, когда наверху громыхнуло. Яркая вспышка, оглушающий грохот и визг осколков по коридорам. Кто-то заорал от дикой боли.

Алекс вместе с Аней в момент, когда побитый губернатор швырнул под ноги своего личного врага гранату, стояли как раз неподалеку от Валонсио, с правой его стороны. Слева от секретаря стоял Янус, охранял его личность. Момент, когда граната полетела, Алекс не видел — он смотрел в другую сторону, но звук сработавшего взрывателя он услышал. Услышал и выделил этот звук среди шума, издаваемого сотней людей, и сразу понял, что это значит. Заметил краем глаза, как шарахнулись в сторону люди, падая на пол, закрываясь от разящих осколков друг другом. А еще заметил что Аня, стоит и заворожено следит за полетом смертоносного шарика, не в силах сделать ни малейшего движения. И тогда Алекс пришел ей на помощь. Он кинулся к ней, сбивая с ног, подминая под себя, закрывая собой, подставляя под взрыв свою спину, на которой из защиты был лишь легкий и короткий бронежилет. В какую-то долю секунды он понял, что его пилотский бронник слишком ненадежная преграда для стальной шрапнели. И как мог, приготовился к взрыву, подобрал под себя ноги, руки и прижал подбородок к груди.

Взрыв ослепил, наполнил пространство секундной вспышкой и грохотом. Кто-то закричал от нестерпимой боли, а Алекс, почувствовал, что в его спину словно лягнули, выбив из легких воздух. Он подавился, попробовал вздохнуть, но не смог. Боли от удара по спине не было, а это значило, что бронежилет все-таки спас. Наконец, он смог втянуть в легкие воздух и с хрипом закашлялся, не в силах остановиться.

Из-под него выбралась Аня, встала на колени. Слегка оглушенная и очумевшая она с тревогой смотрела на своего друга, не зная как ему помочь.

— Алекс, что с тобой? — спросила она, наконец, холодея от страха. — Тебя ранило?

А он все кашлял и кашлял, не в силах остановиться. Как будто подавился чем-то и никак не мог прочистить горло. Он тоже сел на колени и с силой выкашливал это что-то. Ему удалось остановить свой приступ лишь огромным усилием воли, и тогда Аня с облегчением выдохнула.

— Меня что-то в спину ударило, — сообщил он, наконец, своей подруге.

— Дай посмотрю.

Он послушно повернулся к ней спиной:

— Ну что там?

В ответ молчание. Тогда он полуобернулся к девушке, заглянул в лицо. Она была мертвенно бледна.

— Алекс, — проговорила она дрожащим голосом, а из глаз ее прыснули слезы. — Ты ранен…

Он нахмурился, не веря — боли-то он не чувствовал. Снял перчатку и завел за спину руку. Ладонь коснулась мокрого бронника. Он пошарил пальцами по спине, ища входное отверстие и на свою беду нашел. Изувеченная ткань бронежилета топорщилась липкими нитями, обрамляя рваную рану, из которой обильно вытекала кровь.

И тут пришла боль. И он закричал….

34

Месяц в госпитале, девять операций, заново выращенная почка, основательно залатанная печень и два месяца реабилитации в каком-то горном санатории. Такова была плата за ранение. Выпускной в летной академии он, конечно же, пропустил. Но это было не важно, так как его комиссовали. Пять светлых медицинских умов на комиссии, после того как его были готовы выгнать из госпиталя, гоняли его по различным тестам, заставляли приседать и прыгать. Но просили его сделать это без особого энтузиазма, так, для проформы, просто была необходимость заполнить выписную карту. Все они понимали, что человек, пережив такое ранение на военной службе не нужен. Ни в каком виде. Осколок той гранаты основательно пошинковал внутренности Алекса и просто чудо, что он не умер в первые же полчаса. Так они сказали, эти светлые медицинские умы.

И вот прошло уже почти полгода с того случая. Несколько недель назад Алекс решился посетить дом своего погибшего отца на Гане. Просто хотел посмотреть, что же эта за планета такая, почему именно здесь хотел обосноваться его отец. Прилетел в столицу Гане и на такси добрался до принадлежащей ему виллы. Таксист, узнав адрес, посмотрел на Алекса с таким изумленным уважением, что тому стало неловко. А когда такси доставило его на место, то он все понял. Вилла стояла в таком живописнейшем месте, и была так красива, что становилось понятно — хозяин этого строения настоящий миллионер. И Алекс решил в ней остаться.

И вот сейчас, в самый полдень, когда солнце только-только начинало поджаривать местность, Алекс возлежал возле бассейна. Лениво тянул коктейль, который принесла ему Смонка (его личная горничная) и безучастно пялился на мелкую рябь на поверхности воды. Он уже успел искупнуться, проплыть несколько раз туда и обратно и теперь отдыхал. Такая несложная работа далась ему тяжело — спина постоянно болела. Он все время терпел эту боль, старался не обращать на донимающий долбеж в пояснице внимания и лишь изредка, когда становилось совсем не вмоготу, опрокидывал в себя пару стопок обезболивающего. Чаще всего это происходило по вечерам в каком-нибудь баре или ресторане, когда он беспечно прогуливался по улочкам близлежащего городка. В общем, он вел жизнь великовозрастного лоботряса, то есть ничем полезным для общества не занимался.

— Хотите еще коктейль, бона Дронин? — участливо спросила его Смонка, забирая опустевший бокал. — Я сделаю, как вы любите.

Алекс поднял голову и улыбнулся ей. Девушка была красива — ярко-рыжие волосы, не знавшие краски, симпатичные конопушки на носу, милая улыбка и стройная фигурка. Она работала у него уже третью неделю и отчаянно пыталась ему понравиться. Алекс видел ее старания, умилялся ее попыткам, но душа к ней не лежала. У нее не было никаких шансов.

— Спасибо, Смонка, мне на сегодня хватит. Скажи, Янус приехал?

— Да, бона Дронин, только что.

Она незаметно упорхнула, вежливо пропуская на террасу с бассейном бывшего телохранителя и управляющего Иоанна Валонсио.

— Отдыхаешь? — риторически спросил он Алекса, кидая на шезлонг темную рубашку.

— Ага.

— Не надоело?

— Пока нет.

Янус, сбросив рубашку и оставшись в полупрозрачной майке, достал откуда-то мощный армейский бинокль, подошел к ограждению террасы и стал внимательно разглядывать близлежащий поросший хвойным лесом холм.

— Слышал вчера по новостям, что твой бывший босс принял должность губернатора, — сказал Алекс.

— Ага, я уже знаю. Говорил с ним как раз вчера.

— И что?

— Зовет обратно. Предлагает денег в полтора раза больше, дает в управление контрольный пакет акций одного из заводиков.

— А ты?

— А я отказался, — Янус замолчал. Он шарил биноклем по холму, словно что-то выискивая и, похоже, был доволен.

— Ты что там высматриваешь? — спросил, наконец, его Алекс. — Лесозаготовками хочешь заняться?